|
Серега, спасибо за поздравление. Я уже давно забыл про него. Ковальчук был в 4й, над нами. Я перед ним, перед его ротой, извинялся за 6е ноября на третьем курсе. 6го числа получили пригласительные\увольнительные и затоварились допингом. После ужина, быстренько оприходовав все, рванули на танцы. Рванули натурально, бегом. Я, выбегая из казармы, кидаю пустую бутылку в сторону мусорного ящика, как "коктель Молотова" в танк, естественно промахиваюсь и она вдребезги разбивается о стену. Вдруг слышу сзади голос кого то из наших "Беги..." Вопросы тогда задавать было не к месту, это была команда. Уже на ступеньках к плацу слышу голос Ковальчука "Товарищ курсант, стойте. Я вас все равно поймаю!". Оказалось, что он привел роту с ужина, а тут такое, да принародно. Пока у спортзала ждали девчонок, Ковальчук пришел и поднялся к дверям. Не зря говорят "пьяным море по колено". Дождавшись девчат, пошли на танцы, в наглую, ну не позориться же перед ними. В дверях подаю приглашение, а Ковальчук так спокойно говорит, "Ну вот и встретились. Либо ты сейчас в казарму, либо завтра с вещами на выход". Я решил помирать, так с музыкой и выбрал второе. На следующий день я не расставался с куревом. Было немного жалко за "бесцельно прожитые" годы. После завтрака опять общался с Ленькиной ненавистной урной. Было уже все передумано и поэтому чувствовал себя относительно спокойно. 4 рота пришла из столовой. Отдал честь, проходившему мимо Ковальчуку. Он без злости говорит "А ведь можно бы было и извиниться." "Так товарищ капитан, я готов, хоть сейчас." "Сейчас нет. Извинишься перед строем, когда приведу роту с обеда и скажешь - Товарищ капитан, бутылку бил я. Вы меня поймали. Извините". Все было исполнено так, как мне было посоветовано, вот только не знаю почему, когда я произносил это извинение, мне было весело и на лице трудно было удержать глупую улыбку. Он меня извинил и не довел дело до отчисления. Не такие уж и злые были наши комы. А Глинский начал ходить в гражданке после того, как у него сняли одну звездочку на погонах. Он был, наверное, единственный из "полевых", а не "кремлевских" комадиров и чувствовал некое превосходство. Он позволял себе и немного расслабляться и был первым кандидатом на должность комбата, следом шел наш Воробьев. За один из "расслабонов" его и лишили звезды, а так же и мечты о новой должности. Ходить в дырявых погонах ему было обидно, поэтому он стал ходить в гражданке. "Ракушка" - Полетаев стал комадиром 12й роты на 2м или даже на 3м курсе, после каких то перемещений ком.состава, а до этого он командовал хозчастью. Не только мы, курсанты, общались с Бахусом, наши командиры тоже были живые люди. Опять про ступеньки. Бордюр то там хоть был, от дверей до края газона и бетонированная площадка у дверей?
_________________ Все времена жизни прекрасны, каждый по-своему...
|